Эффект Люцифера: почему в белорусских изоляторах безжалостно глумились над задержанными протестующими — sp-zakupki.ru

0 Comments

Действия в Белоруссии не стали «черным лебедем», считает бизнесмен, участник перечня Forbes Дмитрий Волков. Опыты психологов, проведенные в ХХ веке, наглядно демонстрируют, как обыденные люди преобразуются в ожесточенных надзирателей

0

shares

— Супруга подняли двое в голубых майках. Он, опустив голову, произнес: «Мужчины, отпустите, мы просто домой двигались». Его начали лупить под дых, в область шейки и головы дубинкой.

— Я шла брать отпрыску ранец. Проходящий милиционер произнес: «Уходите». Я ему: «Да что здесь будет происходить?» Здесь подъезжает автозак и конфискует 2-ух юношей, а милиционер гласит: «Заберите еще эту даму. Ей очень любопытно». Из автозака меня тянули как звериное. Дама-милиционер хватала меня за волосы, лупила о стенку, в то время руки мои были скручены. Кто-то сзаду лупил по ногам.

— В камере находилось 9-10 человек. Стояли двухъярусные кровати, просто древесные полки без простыней. Туалет, который стоял в камере, был забит доверху. Туда никак недозволено было сходить. Мы попросили: пожалуйста, вызовите сантехника. В ответ: «Мрази, заткнитесь, радуйтесь тому, что у вас есть».

Это свидетельства людей, описанные журналистами из Белоруссии. Как это быть может правдой? Тогда и не сошли ли мы все с мозга? Либо это утка, подброшенная забугорными провокаторами? Не так давно, я беседовал с Нассимом Талебом, создателем книжки «Темный лебедь». Талеб считает, что большая часть важных событий в политике и экономике 21 века нереально предсказать и разъяснить. Они представляют собой «темных лебедей». Белоруссия сейчас это «темный лебедь»? Мне кажется, что действия в Белоруссии — это «белоснежный лебедь» с кровавой полосой. Трагическое, но в неком роде банальное событие: его можно предсказать, им еще можно управлять. 

За крайнее время почти все, написано о мирных жертвах. Я не буду присоединяться к тренду. А напишу о жертвах с иной стороны. Это люди в форме. Они почаще всего стают жертвами эффекта Люцифера. Эффект основан на групповом конформизме и руководстве авторитету.

Тюремщики и заключенные

Сила конформизма была измерена еще посреди прошедшего века, когда психолог Соломон Аш, провел опыт на «проверку зрения». Испытуемые соотносили длину вертикальной полосы на одной карточке с длиной на иной. Задание производилось в группе. Человек слышал ответы остальных перед тем, как ответить самому. Выяснилось, что, если перед своим ответом испытуемый слышал совпадающие некорректные ответы группы, он не доверял собственному зрению, и соглашался с большинством. Опыт Аша показал: мы лицезреем не то, что лицезреем, а то, во что верим, поточнее, то, во что верует большая часть. Как это относится к дубинкам? Люди в форме движимы желанием принадлежности к собственной референтной группе и меньше всего желают быть отвергнуты ей. Это их внутренний круг. Необходимо лишь надавить спусковой крючок, и основой идентичности всей группы станет насилие.

Это показал именитый Стэнфордский тюремный опыт в 1971 году. В этом опыте участников произвольно поделили на «заключенных» и «надсмотрщиков» в игрушечной кутузке, сконструированной в подвале Стэнфордского института. То, что начиналось как спектакль, через некоторое количество дней перевоплотился в пространство реальных психических пыток. Опыт пришлось досрочно закончить. Что вызвало трансформацию его участников? Ролевое распределение (надсмотрщик-заключенный), групповая идентичность надсмотрщиков, 1-ые безнаказанные шаги к вседозволенности. Спусковым крючком оказалось сопротивление, которое оказали «заключенные», не удовлетворенные некими критериями содержания. «Надсмотрщики» агрессивно подавили протест. И с того момента не останавливались. Преобладание и изымательства стали центробежной силой для группы самых обыденных юных людей.

Зажарю по поручению

Вопросец о том, что превратило европейскую цивилизацию в армию фашистов, тревожил йельского психолога Стэнли Милграма. Он пробовал разъяснить холокост и найти, до какой степени решения личности определяются воздействием авторитета. Он предложил части участников опыта стать «учителями», чтоб типо выяснить «воздействие наказания на память». «Учитель» был должен представить «учащемуся» пары слов, которые тот был должен уяснить. А далее протестировать его, поощряя в случае правильного ответа, и наказывая электронным шоком в случае неверного. Сила электронного шока с каждым неверным ответом увеличивалась. Оказалось, что большая часть участников, повинуясь человеку в белоснежном халатике, готовы, невзирая на внутреннюю борьбу, довести электронный шок до смертельного уровня. Просто — зажарить другого по поручению. 

Блики моральной ответственности

Человек, совершающий грех в группе либо по указанию, – жертва событий. Он донор ответственности. В момент злодеяния он внутренне передает ответственность группе либо авторитету. Моральная ответственность бликует. Но не стоит покупаться на блики.

Личность различается от звериного автономностью решений. Это видно по исключениям. В опытах Милграма и Зимбардо участвовали люди, находящие силу сопротивляться. А один вариант нонконформизма со стороны «охранителя», геройский поступок, в разы упрощает сопротивление остальным. Даже один «союзник» в опыте Аша существенно снижал давление большинства. Вообщем, герои редки. И стоит отвечать злостью по отношению к тем, кто не отыскал сил противостоять соц давлению? Ведь это эволюционный механизм. А каким тюремщиком был бы ты?

Добавить комментарий